японский сад

 

Листы каменной книги

Нет многочисленных тайн изображения камня.
Секрет раскрывается одним словом - они живые.
«Слово о живописи из Сада с Горчичное Зерно».

«Листы каменной книги»… Люди старшего поколения могут помнить эту чудесную книжку, в которой мальчик каменного века пытался запечатлеть на камне историю своего племени. Однако камни и сами могут рассказать о многом, особенно если речь идёт о садовых камнях. Их история теснейшим образом связана с историей самих японских садов, и было бы интересно проследить эту взаимосвязь.

Тем, кто жил в те незапамятные «каменные века», не нужно было напоминать, что всё вокруг – живое, они это видели. И камень живой, только притаился. Но некоторые камни были такие живые, что им трудно было сдерживать скрывающуюся в них энергию. Люди чувствовали это, и считали такие камни священными. Потом японцы назовут такую энергию «кисэй» - сила духа, дух, а её проявления в видимом мире – «икиои». Икиои воспринимается человеком через форму, размер, окраску, фактуру объектов – через свойства, из гармоничного сочетания которых рождается красота. Объектами почитания служили величественные, поднимавшиеся к небу горы, сверкающие ленты водопадов, старые, причудливо изогнутые в борьбе со стихиями и временем деревья, необыкновенные скалы и камни - всё, в чём красота природы проявлялась наиболее ярко. Однако особенно трепетное чувство японцы всегда испытывали именно к камням.

Священная гора Фудзи

священная гора Фудзи

Сначала кисэй воспринималась людьми в чистом виде, как некая эманация, воздействующая на психику. Однако по мере развития абстрактного мышления это представление об аморфной, безличной силе дифференцировалось, распадалось на духов отдельных предметов и явлений, духи всё более конкретизировались, принимали облик, становились божествами – ками. Появилось на свет и божество скал, имевшее форму камня – Омо-но-нуси.

Омононуси-но микото

Омононуси-но микото

Наряду с конкретными предметами объектом поклонения могло служить и пустое пространство, чисто символически отделявшееся от окружающей природы верёвкой или воткнутыми в землю ветками вечнозелёного дерева сакаки (клейра японская) и засыпанное галькой. Галька, хоть и маленький, но тоже камень, и может быть очень красивым. Считалось, что в этом пространстве обитает божество. Не обязательно божество скал. Такие площадки - "сики" - со временем развились в японские сады. Примечательно, что сад берёт своё начало от священного места пребывания божества.

Сики

Сики

При подобном отношении людей к камням немудрено, что эти камни поселились в садах, постепенно приобретая в них главенствующую роль. Наиболее впечатляющие камни почтительно устанавливались на искусственных островах среди садовых прудов, где они могли символизировать священную гору Сумеру, другие укладывались в виде священных животных, чаще всего в виде журавля и черепахи, символизировавших долголетие и высоты воспарения человеческого духа соответственно, третьи селились семьями, образуя красивые композиции. Однако подлинными хозяевами садов они стали в пору позднего средневековья в так называемых «садах камней», вытеснив из них практически все растения и даже воду, которая стала имитироваться с помощью песка, гравия, гальки или небольших плоских камней.

Сумеру

Сумеру

Следует заметить, что японские садовые камни – это не те ледниковые окатанные валуны, к которым мы привыкли, а камни, отколовшиеся от скал, то есть камни с острыми гранями. Дело в том, что многие из японских рек берут своё начало в горах и, обладая бурным течением, увлекают за собой со склонов камни, донося их до устья. Разыскивание между ними камней красивой формы, в которых таится нечто божественное, выявление их красоты путём расстановки было, как правило, занятием буддистских священнослужителей. Их называли «монахи, договаривающиеся с камнями».
Однако найти красивые сами по себе, от природы, камни удавалось далеко не всегда, поэтому со временем камни стали подвергать небольшой дополнительной обработке, стремясь, тем не менее, к тому, чтобы расстановка выглядела как можно более естественно. Создатели сухих садов тех времён оставили после себя выдающиеся произведения.

Сад камней

Сад камней

Мусо СосэкиПожалуй, первым из знаменитых создателей садов, предложивших изменить подход к использованию камня, был дзэнский монах, поэт, каллиграф, мастер садового искусства Мусо Сосэки (1275 – 1351), известный также под именем Мусо Кокуси. Кокуси – означает Наставник государства, титул, дарованный ему императором Го-дайго. Это он впервые указал на самоценность композиций из камней, которые стали играть в его работах ведущую роль, органично вписываясь в контекст сада. Зарождение движения, при котором люди стали привносить в сады элемент авторского дизайна, можно назвать важной отличительной чертой эпохи. Именно дзэнский идеалистический образ мыслей наряду с влиянием китайских пейзажей, развиваясь в направлении символического отображения природы, привел к распространению сухих садов. В эпоху Хэйан сухой пейзаж был всего лишь одним из элементов японского сада. Однако, пережив перемены, инициированные Мусо Кокуси, он вскоре окончательно превратился в стиль, ставший типичным для японских садов.

Новшества Мусо Кокуси коснулись не только композиционных решений, связанных с камнями, но и их породы. Наряду с гранитом, пользовавшимся и пользующимся наибольшей популярностью, Мусо возродил  использование кристаллического сланца, который впервые появился в садах ещё в конце эпохи Хэйан. После того, как этот камень был применён им для каменного водопада в монастыре Тэнрюдзи, возник особый интерес к окраске садовых камней. В основном, стали модны камни трёх оттенков – розового, красного и зелёного. Высокие розовые камни установлены, например, на плоском острове императорской виллы Кацура, а у чайного павильона Онриндо и у гэнкана при Косёин на той же вилле мелкие красные камни уложены в технике мозаики. Принято считать, что и Хасокава Сансай (1563 – 1647), мастер чайной церемонии, основатель школы бонсэки «Хосокава» усилил колорит одного из созданных им чайных садов, «посеяв» мелкие красные камушки по гальке, сплошь покрывающей внутреннее родзи.  Зелёные камни зачастую стали использоваться для мостов и укрепления берега прудов. Яркое зрелище представляет собой и сухой водопад в саду храма Ёгэнъин, созданном, по преданию, Кобори Энсю, где в струях выложенного мелким белоснежным кварцем потока выделяется  камень из красного кремнезёма. Кроме однотонных камней в садах появились камни с разнообразными включениями. Это были ксенолиты – обломки горных пород, захваченные магмой, аплиты – жильная порода гранитного состава с характерной сахаровидной структурой, камни с белыми кварцевыми прожилками и др.

Кобори ЭнсюОднако, новое отношение к камням, вызванное деятельностью Мусо Кокуси, тускнеет перед плодами творчества Кобори Энсю (1579 – 1649), одного из крупнейших японских архитекторов, художников керамистов и мастеров чайной церемонии. Можно без преувеличения сказать, что он открыл новую эру в работе с садовыми камнями. Энсю был первым в истории Японии создателем садов, осмелившимся менять по своему вкусу творения природы. Конечно, и раньше в камнях и растениях что-то могли подправить, но не в такой степени. Он стал придавать объектам правильные геометрические формы, не свойственные природе. В садах - кубические и призматические видовые камни, прямые дорожки нобэдан, мостики и причалы из гранитных блоков и плит правильной формы. Пруды, обрамлённые блоками для укрепления берегов, стали приобретать прямоугольные очертания. Сейчас нам стало это привычно, но во времена Энсю вызвало фурор. Используя так называемый приём "сопоставления естественного и искусственного", при котором умело сочетались природные и геометрические объекты, Энсю создавал композиции, полные скрытой энергии. В качестве наглядного примера можно привести сад Сэнто Госё, пруд которого обрамлён прямоугольными гранитными блоками, или водопад сада Тисякуин, где использованы гранитные камни, высеченные в форме трёхгранных призм. Эти камни создают впечатление даже не садовых камней, а каких-то конструктивных элементов.

Тисякуин

Тясякуин

Всё это резко меняло представление о садовых камнях, существовавшее до сих пор. Времена «монахов, договаривающихся с камнями», прошли. В конце 17 века в Киото стали открываться лавки, торгующие камнями. С ними уже никто не договаривался, просто собирали и продавали. Ассортимент камней значительно расширился. Это был гранит, гранодиорит, кристаллический сланец, кварц разных оттенков, красный кремнезём, андезит и др. Как правило, камни добывались вдали от Киото, и доставка их стоила дорого. Рассказывают, что во времена экс-императора Кокаку (1771 – 1840), Окубо Тададзанэ (1781 – 1837), владелец зам-ка Одавара, распорядился собрать андезитовую гальку на морском побережье Одавара, обменивая при этом один голыш на сё (1,8 л.) риса.

Однако труды Кобори Энсю не прошли даром. Некоторые японские исследователи считают его далёким предшественником современного «конструктивизма» в садовом дизайне. Во всяком случае, именно он стоял у истоков авторского дизайна, являющегося единственным видом дизайна в наше время.


Автор статьи - Александр Борисович Зайцев.

Автор фото Фудзи - Александра Шурупова.

В статье использованы иллюстрации с сайтов:

Омононуси-номикото, Сики, Сумеру, Сад камней, МусоСосэки, Тисякуин, КобориЭнсю

 

anshin - душевное спокойствиеanshin©2011 Все права защищены. При использовании материалов сайта ссылка обязательна.
Предложения о сотрудничестве, а также замечания и пожелания по сайту присылайте по адресу: anshin-sad@mail.ru

тел: 8 (965) 121-80-60 с 10.00 до 20.00